Русское единство

На последнем заседании Совета общественных организаций Латвии в очередной раз обсуждался болезненный для русской общины вопрос – проблема неграждан. Неутешительная мысль о том, что с момента получения независимости политика правящих не только оставляет проблемы русских Латвии на том же уровне нерешенности, что и в 1991 году, но и приводит к дальнейшему ухудшению положения русскоязычной общины, неоднократно звучала на протяжении всего заседания. Но на этот раз в центр внимания был вынесен европейский контекст возможного решения этой проблемы.

Нам всем нужно понять: неграждане в Европе – это люди, которые имеют гражданство стран, не входящих в Евросоюз, но не имеют при этом гражданства Евросоюза. В Европе людей с таким статусом немало, но их правовое положение не имеет ничего общего с правовым положением латвийских или эстонских неграждан, не имеющих гражданства ни одного из государств мира.

Как защитить права «наших» неграждан и в целом национальных меньшинств Латвии? Что предлагает в этом смысле европейский опыт? Именно эти вопросы были в центре внимания двух докладчиков: доцента юридического факультета Балтийской международной академии Константина Матвеева и представителя Латвийского комитета по правам человека Александра Кузьмина.

Константин Матвеев подробно остановился на опыте законодательного регулирования прав национальных меньшинств в Итальянской республике, отметив, что этот опыт вполне может быть применим и в Латвии. Наиболее интересным для анализа, по мнению К. Матвеева, является конституционный закон о статусе автономной области Трентино-Альто-Адидже и ее региональное законодательство.

Автономная область находится на северо-востоке страны в приальпийской зоне. Ее население составляет около одного миллиона человек. Населяют регион преимущественно немецкоговорящие и италоговорящие итальянцы с небольшим численным перевесом последних. Расселение языковых групп носит в основном хаотический, чересполосный характер. После Второй мировой войны отношения между немецкоговорящими и италоговорящими жителями области носили зачастую крайне острый характер. Простого признания равноправия итальянского и немецкого языков было явно недостаточно. Поэтому итальянским центральным законодателем были приняты комплексные меры, направленные не только на немедленную стабилизацию межэтнических отношений в области, но и на предотвращение конфликтов в будущем. В центре внимания общенационального итальянского законодателя оказалась, в частности, регламентация деятельности главных структур власти в автономии.

Согласно конституционному закону Трентино-Альдо-Адидже Совет автономии избирается населением региона на пятилетний срок. Независимо от результатов выборов на первые два с половиной года деятельности Совета его председателем должен быть избран депутат, принадлежащий к итальянской языковой группе, а его заместителем – немецкоговорящий итальянец. В оставшуюся половину срока ситуация меняется: руководителем становится немецкоговорящий итальянец, а его заместителем – италоговорящий итальянец.

Статус немецкого языка в этой части Италии приравнивается к статусу итальянского языка. Соответственно немецкоговорящее население имеет право использовать родной язык во всех учреждениях государственного, областного и муниципального подчинения. Полицейская документация и судопроизводство, дошкольное воспитание и обучение в школе также ведутся на двух языках. Инспектирование ситуации с сохранением права на использование того или иного языка осуществляется лицами, для которых этот язык является родным.

В заключение своего выступления К. Матвеев высказал мнение, что латвийский законодатель должен обратить внимание на итальянский опыт. Причем, чем раньше, тем лучше, поскольку полное отсутствие официального статуса у языков национальных меньшинств Латвии, их недостаточная защищенность в сфере государственного образования и судопроизводства, а также отсутствие избирательных прав у значительной части представителей этнических меньшинств создают в своей совокупности ситуацию, потенциально опасную для стабильности и безопасности страны.

Правозащитник Александр Кузьмин в своем выступлении отметил, что наши «неграждане» в европейском праве обладают т. н. статусом «граждан третьих стран». У них есть возможность получить дополнительно статус «постоянного жителя ЕС» – но Латвия требует для этого сдавать экзамен по латышскому языку. Управление по делам гражданства и миграции подготовило поправки к закону, отменяющие требование экзамена по латышскому для неграждан, но правительство пока их в Сейм не представило.

Право голоса на европейских и местных выборах гарантированы европейским правом лишь для граждан ЕС (т. е. для граждан стран-участниц ЕС). Признать эти права за «гражданами третьих стран», в т. ч. нашими «негражданами», органы Евросоюза не могут – это не входит в их компетенцию (а расширить ее можно лишь с согласия стран-участниц). Они могут лишь давать рекомендации – что и делал Европарламент при участии члена ЛКПЧ Татьяны Жданок.

Что же касается рекомендаций, то они высказывались уже неоднократно. В 2004 году Европейский парламент рекомендовал Латвии «рассмотреть возможность разрешения долговременно проживающим негражданам участвовать в местных выборах» (а также ускорить натурализацию). В 2009 году выразил обеспокоенность большим количеством петиций, призывающих дать право голоса постоянно проживающим «негражданам», и напомнил ряд рекомендаций, данных ОБСЕ, ООН и Советом Европы, сделать этот шаг, а также призвал Еврокомиссию отслеживать процесс натурализации и способствовать «регуляризации» статуса неграждан.

Какова ситуация в ЕС с правом голоса на местных выборах для «граждан третьих стран»? Из 27 стран-участниц 17 дают такое право более или менее значительной части данных лиц. В некоторых странах (Нидерланды, страны Скандинавии) это право «гражданам третьих стран» дали одновременно с гражданами ЕС. Но в Латвии этого сделано не было.

Следует отметить, что правительство страны при объяснении положения с негражданами любит ссылаться на «особые исторические обстоятельства», но те же обстоятельства были и в Эстонии, однако там «граждане третьих стран» (в т. ч. эстонские неграждане) могут участвовать в выборах.

Брали слово и другие участники заседания. Автор этих строк, в частности, привел историческую справку, характеризующую отношение латышской общины к вопросу предоставления негражданам права голоса на местных выборах. Как оказалось, и в 2005-м, и в 2010 году это отношение в целом было отрицательным.

Юрий Котов, член Латвийского комитета по правам человека, отметил, что латвийские неграждане – это никакие не неграждане в европейском понимании, а апатриды. Решение проблемы возможно только в  форме массового общественного движения за свои права, то есть за ликвидацию института апатридов в Латвии. Наталья Чехова, депутат Екабпилсской городской думы, также  призвала к объединению усилий общественных организаций для защиты прав национальных меньшинств страны.

В конце обсуждения было принято решение направить Верховному комиссару ОБСЕ по делам национальных меньшинств Кнуту Воллебеку, который как раз собирался прибыть в Ригу, очередную подборку материалов о положении неграждан в Латвии, включая решение Региональной конференции российских соотечественников стран Балтии (октябрь 2010 года) по вопросу невсеобщих выборов в местные органы власти, национальный парламент и Европейский парламент.

Как и всегда, заседание Совета общественных организаций получилось очень насыщенным, деловым. Люди еще долго не хотели расходиться, продолжая даже на улице обсуждать те вопросы, которые дебатировались в конференц-зале. И тем не менее лично у меня осталось чувство неудовлетворенности. Ну, в самом деле, направим мы (в очередной раз!) свои письма в адрес Верховного комиссара ОБСЕ по делам национальных меньшинств. И что дальше? Европа опять ответит, что мы граждане третьих стран, а значит, какие-никакие права имеем, а вопрос гражданства отнесен к внутренней компетенции государств – членов ЕС.

Может, все-таки прав Юрий Котов, призывающий: хватит нам называть себя негражданами, ведь тем самым мы не только вводим в заблуждение Европу, но и помогаем латвийским национал-радикалам. Нужно, наконец, расставить точки над «i», заявив, что латвийские неграждане это – апатриды, а вовсе не неграждане в европейском понимании.